Назад к списку

«Если ты видишь, что это место твоё по праву – зачем ждать?» (Анна Лебедева)

Директор представительства Международного Эриксоновского Университета коучинга в СНГ, старший тренер учебной программы «Наука и искусство трансформационного коучинга», создатель и ведущая множества тренингов для бизнеса, талантливый коуч – это совсем не полный список профессиональных достижений Анны Лебедевой. 
Бизнес-тренер с 18-летним стажем, автор 2х модульной программы "Тренинг для тренеров с элементами коучинга: БЫТЬ ВКЛАДОМ В ЛЮДЕЙ >>>

Каждый студент МЭУК имеет возможность соприкоснуться с энергией и заразительным энтузиазмом Анны в личном общении, а в этом интервью мы расскажем о долгом пути, который нужно было пройти навстречу делу жизни. 


annaint2.jpgАнна, в Вашей биографии много достижений, значимых этапов. А о чем Вы мечтали в детстве, кем хотели стать?
В первую очередь - балериной. Меня всегда восхищало их изящество, гармония танца с великолепной музыкой. К сожалению, с балетной студией у меня не сложилось, меня оттуда направили на народные танцы. Потом, когда я столкнулась с учителями – то сразу захотелось стать педагогом. Причем, с такой мотивацией: «Когда я буду преподавать, я не буду делать так, как они делают, я буду совсем другой».
У меня всегда было стремление выйти на сцену, к зрителю. С танцем в том виде, в котором хотелось, это не получилось, сольный вокал тоже сменился хоровым пением, но я получила такую возможность в школьных спектаклях, в которых очень активно участвовала. 

Несмотря на то, что обстоятельства не позволяли Вам солировать на сцене в детстве, во взрослом возрасте Вы все же получили эту возможность – на тренингах. 
Да, наконец-то (смеется). Я, кстати, замечаю, что у многих тренеров, которые добились в своей профессии успеха, в «анамнезе» обычно многократные попытки выйти на сцену в том или ином качестве. 
Именно на тренерской точке мне, наконец, стало свободно –  никто тебя не уводит за кулисы, ты можешь общаться с публикой в полном контакте. 


Прежде чем прийти на тренерскую точку, у Вас была точка преподавательская – то, о чем Вы мечтали. Расскажите, как Вы меняли статус преподавателя на тренера?
Я училась в педагогическом ВУЗе и уже с третьего курса преподавала английский язык студентам, у которых английский был либо вторым языком, либо дополнительной дисциплиной. Я пробовала работать и с дошкольниками, и со школьниками, но больше всего мне нравилось преподавать взрослым, студентам. Если бы не грянул кризис 1998 года, то, возможно, я бы задержалась в ВУЗе. Но на зарплату преподавателя в то время жить было совершенно невозможно, поэтому я ушла в корпоративный формат – переводчиком в компанию Dirol. Я все ждала, когда смогу вернуться к своим любимым студентам, но тут в компании появилась необходимость в разработке первых тренингов, про мое педагогическое образование вспомнили и предложили этим заняться. 
Я из тех редких людей, которые всю жизнь работают по той специальности, на которую учились. И второе свое образование – бизнес – я уже «окупила». Всегда относилась к образованию практично: мне нравится учиться тому, что можно применить уже завтра. 


annaint4.jpg
Вы помните свое ощущение от первого тренинга?
Очень хорошо (смеется). Это было ужасно! Тренинговый формат очень отличается от преподавания. Первый тренинг, который я должна была вести, был на выезде, в Дании, и предназначался для работающих тренеров. От страха его проводить я, на всякий случай, заболела воспалением легких. Так как тренера не было, то мероприятие отменили и вернулись к нему через три месяца, когда я пришла в себя и уже легче к этому относилась. 

Опыт пребывания на сцене не помогал Вам в ведении тренингов?
Я не считаю, что у меня был сколь-либо значимый сценический опыт, который мог тогда помочь. Среди тренеров есть люди известные,  уже до этого преуспевшие в какой-то сфере. Я же преуспела только в том, что стучала в одну точку: мне хотелось выйти перед людьми, и я искала любой способ, которым это можно было сделать. 

Я помню свой первый прорыв в работе тренером, тогда я уже училась у хороших педагогов. Был один тренер, мужчина, работой которого я восхищалась. Я подготовила хороший дизайн тренинга, при хорошем раскладе у слушателей в конце работы должно было появиться определенное количество новых мыслей. Я оценивала структуру тренинга примерно на 4 балла, и если к этому уровню добавить тренера теряющегося или, наоборот, вовлекающего – конечный результат мог получиться разным. 
Я представила, что этот тренинг – с моей структурой и раздаточными материалами – веду не я, а тот тренер. В процессе я будто наблюдала за собой со стороны: слушала голос, отслеживала стратегии, которые у меня появлялись. В конце тренинга слушатели стали приносить раздаточные материалы, чтобы я поставила на них автограф. Тогда я поняла, что, подключив полный контакт с аудиторией, и отодвинув в сторону стресс и желание себя постоянно оценивать, я могу прийти к хорошему результату, выйти за рамки своих возможностей. 

Каждый конкретный коллектив проявляет свою зону роста уникальным образом. Как только ты попадаешь в пространство их ближайшего развития и прорабатываешь разрыв между тем, куда они стремятся и на каком уровне компетенций находятся сейчас – ты можешь запустить очень важный трансформационный процесс изменений, «засеять поляну идеями». Когда тренер уходит, эти идеи должны раскрыться в рабочем процессе. 
Существует кривая обучения и все преподаватели знают, что через какое-то время ученик помнит только 17% того материала, который ему дали на занятии. Это мне и понравилось потом в коучинге: он дает возможности качественно улучшить тот материал, который «впитается» в результате работы.


annaint6.jpg
Как Вы познакомились с Мэрилин Аткинсон?
Мне в руки попал раздаточный материал одного тренинга. Я была очень вдохновлена качеством мыслей, которые там обнаружила, они резонировали с тем, чем я занималась. Я долго не могла попасть к ней в учебную группу по коучингу, но, когда там оказалась, поняла, что та тема, которую я долгие годы прорабатываю, собираю по крупицам – у нее уложена в четко простроенную систему. Я сама планировала создать модульную программу обучения, был почти готов первоначальный дизайн, но Мэрилин уже провела ту колоссальную работу, которая мне еще только предстояла. Я была в восторге от такого совпадения и поняла, что хочу работать вместе. Через несколько лет эта работа привела к созданию подразделения Международного Эриксоновского университета коучинга в СНГ.

Вы похожи на человека, которому важно быть творцом проекта, в котором он участвует. Не было разочарования от того, что уже есть специалист, десятилетия занимающийся тем, что было Вашей профессиональной страстью? 
Нет. Я очень благодарна Мэрилин за то, что она сэкономила мне годы жизни. Я спокойно беру идеи, разработанные другими, ведь обязательно есть что-то, что я к ним добавлю. Тренеру всегда есть что сказать (улыбается)

Вы легко перешли из статуса ученика в статус партнера?
Если ты видишь, что это место твое по праву – зачем ждать? Для начала я предложила свои услуги переводчика на занятиях, потом спросила, чем еще я могу быть полезна для курса. 
Конечно, все произошло не сразу. Больше года после этого обучения я работала в компании Dirol. Во время их слияния с Cadberry мы проводили много коучинговых сессий для персонала, чтобы помочь им адаптироваться к изменениям. Потом был «Вымпелком», где я по-прежнему готовила и проводила тренинги, но мои коллеги видели, что самый яркий огонь загорается у меня внутри именно в тему коучинга. Как и у всех людей, начинающих новое большое дело, у меня было много сомнений, страхов, но когда ты знаешь, что идешь правильной дорогой, легче иметь дело с препятствиями. 
Ценности, которые лежат в основе коучинга – именно те, которые я все время искала, методом проб и ошибок, они всегда резонировали с моей личностью.


annaint5.jpg
За годы работы Вы, скорее всего, прошли много часов своего личного коучинга. Как бы Вы продолжили фразу «как клиент я выбираю для себя коучинг, потому что...»?
Во-первых, потому что это про созидание. Про то, что я хочу, и как я могу туда прийти. У меня было 2 особенно сильных коуча, с которыми получались глубокие трансформационные сессии. Я приходила с локальным запросом, и в процессе мы выходили на тот уровень, где нужно было для себя понять – чего я в принципе хочу от жизни?
Во-вторых, коучинг – это работа без насилия. Для меня очень важны те сферы, в которые я хочу вложить силы и время и я не люблю те техники, которые слишком фокусируют на ограничениях – моих или окружающей среды. Я общалась с консультантами, которые много говорили о том, что меня может ожидать там, куда я стремлюсь, и что это не для меня и не надо в это вкладываться. Подобный фокус внимания я воспринимала как насилие над моей мечтой. Коучинг же работает с ресурсом, с той энергией, которая стимулирует двигаться к цели. 

В практике бизнеса значительное внимание уделяется теме эффективности – считается, что каждый успешный человек должен бороться за ее повышение. Как Вы относитесь к такой позиции?
Не уверена, что кому-то реально нужна 100% эффективность. Есть принцип Парето, который многим известен: 20% действий дадут 80% результата. Мне кажется, гораздо важнее искать те действия, которые приведут Вас к самому важному в жизни, нежели гнаться за эфемерной эффективностью. 
Не думаю, что на своих коуч-сессиях я работаю с супер-эффективностью клиента. Скорее, мы работаем с балансом. Причем так, чтобы, когда мы попрощаемся, его жизнь оставалась сбалансированной и счастливой еще много лет. Может, он больше никогда не обратится к помощи коуча, потому что все главные вопросы решил раз и навсегда, а с остальным способен справиться сам.


annaint6.jpg
У специалистов, погруженных в свою деятельность, часто наблюдаются признаки «профессиональной деформации». Вы за собой замечали подобное?
Да. Это особенно проявляется в теме принятия решений. Когда ты коуч, то ответственность за принятие решения и движение вперед на клиенте, ты его только сопровождаешь, а в жизни, зачастую, нужно принять конкретное решение – как руководителю, члену семьи и тд. Можно озвучить свое решение, не вовлекая никого в обсуждение, и пойти дальше. А я бываю слишком демократична (улыбается).


Напоследок задам Вам вопрос, который рекрутеры часто задают на собеседованиях: где Вы видите себя через 5 лет?
Несмотря на мою потребность в изменениях, я, пожалуй, хотела бы видеть себя примерно там же, где и сейчас. Руководить компанией, вести коучинговые сессии, преподавать. Еще бы я добавила то, что сейчас со мной случается редко – спонтанные путешествия с погружением в новую страну, с познанием себя. Сейчас это нужно тщательно планировать, согласовывать с множеством людей. 
Мне бы очень хотелось, чтобы через 5 лет наши выпускники и студенты были посланниками коучинга в те сферы, куда он еще не заходил или делал это очень робко. В бизнесе и вопросах личностного роста коучинг уже хорошо прижился, но есть колоссальный простор для роста. Надеюсь, те зерна, которые мы сейчас сеем, вскоре прорастут и окрепнут через профессионалов, которых мы обучаем в Международном Эриксоновском Университете коучинга. 


Беседовала Вероника Заец


Назад к списку


Ближайшие
тренинги